У железной дороги стоял пес, он не мог убежать, потому что был привязан
Обновлено: 21.08.2024
- ♦ Булька
- ♦ Булька и кабан
- ♦ Фазаны
- ♦ Мильтон и Булька
- ♦ Черепаха
- ♦ Булька и волк
- ♦ Что случилось с Булькой в Пятигорске
- ♦ Конец Бульки и Мильтона
Мильтон и Булька
Я завёл себе для фазанов легавую собаку.
Собаку эту звали Мильтон: она была высокая, худая, крапчатая по серому, с длинными брылами и ушами и очень сильная и умная.
С Булькой они не грызлись. Ни одна собака никогда не огрызалась на Бульку. Он, бывало, только покажет свои зубы, и собаки поджимают хвосты и отходят прочь.
Один раз я пошёл с Мильтоном за фазанами. Вдруг Булька прибежал за мной в лес. Я хотел прогнать его, но никак не мог. А идти домой, чтобы отвести его, было далеко. Я думал, что он не будет мешать мне, и пошел дальше; но только что Мильтон почуял в траве фазана и стал искать, Булька бросился вперёд и стал соваться во все стороны. Он старался прежде Мильтона поднять фазана. Он что-то такое слышал в траве, прыгал, вертелся; но чутьё у него плохое, и он не мог найти следа один, а смотрел на Мильтона и бежал туда, куда шёл Мильтон.
Только что Мильтон тронется по следу, Булька забежит вперёд. Я отзывал Бульку, бил, но ничего не мог сделать с ним. Как только Мильтон начинал искать, он бросался вперёд и мешал ему. Я хотел уже идти домой, потому что думал, что охота моя испорчена, но Мильтон лучше меня придумал, как обмануть Бульку. Он вот что сделал: как только Булька забежит ему вперёд, Мильтон бросит след, повернёт в другую сторону и притворится, что он ищет. Булька бросится туда, куда показал Мильтон, а Мильтон оглянется на меня, махнёт хвостом и пойдёт опять по настоящему следу. Булька опять прибегает к Мильтону, забегает вперёд, и опять Мильтон нарочно сделает шагов десять в сторону, обманет Бульку и опять поведёт меня прямо. Так что всю охоту он обманывал Бульку и не дал ему испортить дело.
Конец Бульки и Мильтона
Булька и Мильтон кончились в одно и то же время.
Старый казак не умел обращаться с Мильтоном. Вместо того, чтобы брать его с собою только на птицу, он стал водить его за кабанами. И в ту же осень секач кабан спорол его. Никто не умел его зашить, и Мильтон издох.
Булька тоже недолго жил после того, как он спасся от колодников. Скоро после своего спасения от колодников он стал скучать и стал лизать всё, что ему попадалось. Он лизал мне руки, но не так, как прежде, когда ласкался. Он лизал долго и сильно налегал языком, а потом начинал прихватывать зубами. Видно, ему нужно было кусать руку, но он не хотел. Я не стал давать ему руку. Тогда он стал лизать мой сапог, ножку стола и потом кусать сапог или ножку стола. Это продолжалось два дня, а на третий день он пропал, и никто не видал и не слыхал про него.
Украсть его нельзя было, и уйти от меня он не мог, а случилось это с ним шесть недель после того, как его укусил волк. Стало быть, волк, точно, был бешеный. Булька взбесился и ушёл. С ним сделалось то, что называют по-охотничьи — стечка. Говорят, что бешенство в том состоит, что у бешеного животного в горле делаются судороги. Бешеные животные хотят пить и не могут, потому что от воды судороги делаются сильнее. Тогда они от боли и от жажды выходят из себя и начинают кусать. Верно, у Бульки начинались эти судороги, когда он начинал лизать, а потом кусать мою руку и ножку стола.
Я ездил везде по округе и спрашивал про Бульку, но не мог узнать, куда он делся и как он издох. Если бы он бегал и кусал, как делают бешеные собаки, то я бы услыхал про него. А, верно, он забежал куда-нибудь в глушь и один умер там. Охотники говорят, что когда с умной собакой сделается стечка, то она убегает в поля или леса и там ищет травы, какой ей нужно, вываливается по росам и сама лечится.
Видно, Булька не мог вылечиться. Он не вернулся и пропал.
Этот симпатичный пес едва ли причинил кому-то зло. По крайней мере, его поведение и отношение к людям демонстрируют, что перед ними совершенно не злое существо. И все-таки по каким-то причинам с собакой поступили очень жестоко! Пес был найден возле железнодорожных путей в одном из городов Пенсильвании. Бедную собаку привязали у рельсов и бросили в одиночестве, совершенно не заботясь о ее дальнейшей судьбе. По счастью, кто-то заметил животное возле железной дороги и бросился звонить в 911. Так, пса освободили сотрудники службы спасения, которых поразила эта ситуация.
После случившегося питомца привезли в приют. Его решили назвать Томас, и теперь собака находится там. Волонтеры говорят, что пса удалось спасти вовремя, и ему повезло, ведь неизвестно, сколько времени он бы там провел, если бы не был замечен. Вполне вероятно, мимо него проходили люди, но не обращали внимания, и только один неравнодушный человек все-таки оказал собаке поддержку. Сотрудники приюта говорят, что главной радостью можно считать то, что пес не пострадал и не получил ран. Конечно, у него осталась душевная травма, но со временем ее удастся залечить, особенно, если относиться к собаке с теплотой и заботой. К слову, пес доверяет людям и охотно с ними общается, несмотря на пережитое!
Волонтеры очень довольны тем, что могут ладить с собакой, и она отвечает добром на добро. Впрочем, не только сотрудники приюта, но и пользователи Интернета были поражены сложившейся ситуацией. Когда о собаке узнали, сразу сотни человек предложили свой дом и помощь осиротевшему Томасу. Впрочем, пока что он в приюте, и его дело изучает полиция. Хочется надеяться, что стражам порядка удастся найти человека, который подверг собаку опасности, а Томас обязательно встретит хозяина, который полюбит его всем сердцем!Кстати, а вы уже знаете, кто помог осиротевшим котятам?
Понравилась статья? Подпишитесь на канал, чтобы быть в курсе самых интересных материалов
Этот симпатичный пес едва ли причинил кому-то зло. По крайней мере, его поведение и отношение к людям демонстрируют, что перед ними совершенно не злое существо. И все-таки по каким-то причинам с собакой поступили очень жестоко!
Пес был найден возле железнодорожных путей в одном из городов Пенсильвании. Бедную собаку привязали у рельсов и бросили в одиночестве, совершенно не заботясь о ее дальнейшей судьбе.
По счастью, кто-то заметил животное возле железной дороги и бросился звонить в 911. Так, пса освободили сотрудники службы спасения, которых поразила эта ситуация.
После случившегося питомца привезли в приют. Его решили назвать Томас, и теперь собака находится там. Волонтеры говорят, что пса удалось спасти вовремя, и ему повезло, ведь неизвестно, сколько времени он бы там провел, если бы не был замечен. Вполне вероятно, мимо него проходили люди, но не обращали внимания, и только один неравнодушный человек все-таки оказал собаке поддержку.
Сотрудники приюта говорят, что главной радостью можно считать то, что пес не пострадал и не получил ран. Конечно, у него осталась душевная травма, но со временем ее удастся залечить, особенно, если относиться к собаке с теплотой и заботой. К слову, пес доверяет людям и охотно с ними общается, несмотря на пережитое! Волонтеры очень довольны тем, что могут ладить с собакой, и она отвечает добром на добро.
Впрочем, не только сотрудники приюта, но и пользователи Интернета были поражены сложившейся ситуацией. Когда о собаке узнали, сразу сотни человек предложили свой дом и помощь осиротевшему Томасу. Впрочем, пока что он в приюте, и его дело изучает полиция.
Хочется надеяться, что стражам порядка удастся найти человека, который подверг собаку опасности, а Томас обязательно встретит хозяина, который полюбит его всем сердцем
Микрорайон "Электроника" в Воронеже - сообщество
вернуться к странице
Микрорайон "Электроника" в Воронеже - сообщество запись закреплена
Минская 67А,у Бэмби привязан пёс..уже два часа,такое ощущение что про собаку забыли..И привязали ещё у дороги.
Нравится Показать список оценивших
Сначала интересные
Нравится Показать список оценивших
Алинка, если вам не трудно попробуйте пропиарить собаку и может найдутся хорошие руки.
Нравится Показать список оценивших
Юрий, уже выставили , но я переживаю что хозяин когда вернеттся он будет ее искать
Нравится Показать список оценивших
Нравится Показать список оценивших
Нравится Показать список оценивших
Нравится Показать список оценивших
Нравится Показать список оценивших
Нравится Показать список оценивших
Нравится Показать список оценивших
Алинка, прежде чем писать что то, советую сначала посмотреть. А то так вся жизнь пройдёт на отвязать, привязать и ляпнуть хз что
Нравится Показать список оценивших
Нравится Показать список оценивших
Нравится Показать список оценивших
Алинка, моих 100 собак не заберёшь себе? У них нет хозяина и искать никто не будет.
Если хочешь иметь друга — будь им.
Народная пословицаДВОР, В КОТОРОМ КАЖДЫЙ САМ СЕБЯ КОРМИТ
В одном небольшом южном городке, солнечном и зеленом, есть короткая улица, упирающаяся в гору.
Дома на этой улице одноэтажные. Стоят они в маленьких двориках, затененных деревьями и высокими заборами из камня. С этой улицы в очень ясные дни бывает виден Эльбрус.
Машины здесь проезжают редко. Редко бренчат по булыжнику колеса повозок, а шума больше, чем в центре, — от кур, поросят, баранов, собак. Изредка можно услышать даже рыдающий голос ишака.
Но есть и тихие дворы. Например — предпоследний. Там живут пожилые люди. Анна Павловна и ее муж.
Детей у них нет. Нет и надписи на калитке, которая есть у многих: «Осторожно! Злая собака!» Поэтому, когда открываешь калитку и входишь во двор, кажется, что в нем, кроме хозяев, нет ни единого живого существа.
Два разных дома стоят в этом дворе. Справа большой — там живут хозяева. И в левом углу еще домик величиной в одну комнату. Там до самой весны была корова.
Однажды, зимним вечером, поговорив о сене, которое дорого стоит, Анна Павловна и ее муж исписали цифрами целую тетрадь в клетку. Они делали это молча, потому что и без слов понимали друг друга. Ну, а если цифры все-таки перевести в слова, то получалось, что вместо коровы куда выгоднее держать жильца. Это значит — из коровника сделать дачное помещение и сдавать его приезжим.
— Молока будет — хоть залейся, — уверяла Анна Павловна, — были бы деньги!
— А сад? — спрашивал муж. — А как же трава в нашем саду? Она будет расти так себе? Напрасно будет расти трава?!
Анна Павловна задумалась, а муж опять стал умножать, делить и вычитать, теперь уже считая и траву. Новые длинные столбики цифр кончались коротким словом: коза!
Анна Павловна сразу поняла, в чем дело. Коза очень выгодная скотина! Молоко дает! Мало ест!
Места почти не занимает! Летом ее можно держать в саду. Зимой — где угодно, хоть на кухне.
Так и сделали. Продали корову. Купили козу и в первые же теплые дни переделали коровник в дачное помещение.
Побелили изнутри и снаружи. Повесили марлевые занавески на окно и дверь и стали ждать.
Печально живет привязанная к старой груше веселая козочка Марта. Раз в день дают ей остатки супа, разбавленные холодной водой.
Если в похлебке попадаются кусочки мяса или лука, коза перестает тянуть сквозь зубы противное пойло и отплевывается. Лучше уж грызть каменные груши, которые падают с дерева.
Кормят Марту из маленькой голубой кастрюльки. Анна Павловна ставит в ней похлебку на землю и уходит. Марта сразу же бухается передними ногами на коленки перед низенькой кастрюлькой и в такой неудобной позе ест, иногда даже подергивает коротким хвостом, если похлебка забелена молоком. Но случается это редко. Не каждый ведь день у Анны Павловны молоко прокисает от жары.
Марточка, названная так потому, что родилась в марте месяце, — козочка умная и веселая. Она даже на привязи пробует веселиться: встает на дыбки, подпрыгивает, бодает старую грушу.
А вот побегать ей, как видно, не суждено.
Человеку даже представить себе трудно, какая это пытка для шестимесячного козленка…
И это еще не все. Каждый день, на закате, выспавшийся после обеда хозяин надевает соломенную шляпу, закуривает сигарету в длинном янтарном мундштуке и принимается пасти Марту. Как только ее отвязывают, она рвется вперед, но хозяин — мужчина грузный, у него не разбежишься.
Марта понуро бредет, на ходу пощипывая траву. Хозяин стоит над ней и, выпятив живот, смотрит, как она пасется. А пасется она неважно.
Это и понятно. У кого не пропадет аппетит, когда тебе смотрят в рот.
Марта страдает и злится на своего хозяина, а хозяин злится и брюзжит на свою козу, которая не ценит внимания:
— Дура, я сам тебя пасу!
Через некоторое время, считая, что коза достаточно попаслась, хозяин снова привязывает ее к старой груше.
Каждое утро мимо калитки Анны Павловны проходит пастух и собирает соседских коз в стадо. Но Марту в стадо не отдают: пастуху надо платить. Анна Павловна говорит, что не подохнет коза и так. Это верно — коза не подохнет. Но она могла бы жить гораздо лучше.
Кроме Марты, по двору бродит, тоже в полном одиночестве, рыжая курица. Но, глядя на нее, нельзя сказать, что она несчастна.
Она большая, болтливая и для курицы слишком хорошо летает, потому что слишком часто приходится улетать от опасности. Соседи Анны Павловны каждый день ловят ее и никак не могут поймать.
Зачем же, спрашивается, ловить чужую курицу.
А затем, чтобы она не разгуливала по чужим обеденным столам, которые с наступлением жары накрывают в тени под деревьями.
Обычно это бывало так: у соседей справа или у соседей слева раздается крик:
— Опять эта Рыжая здесь!
Анна Павловна хохочет:
— Я не могу курицу на цепь сажать.
— А почему ты ее не кормишь? Надо кормить, кор-ми-ить!
— Летом? — изумляется Анна Павловна. — Кормить курицу летом?! А зачем бог дал ей клюв? Пусть добывает сама. Хватит с меня того, что я ее зимой кормлю.
А в это время под кустом ежевики рыжая курица громко кокочет — просто покатывается со смеху: «О-ок-кo-ко-ко-о! О-ко-ко-ко-ко-о-ок!»
Соседей это злит, и они грозятся поймать Рыжую.
―Пожалуйста! — дразнит их Анна Павловна. — Попробуйте поймайте — это же гениальная курица!
Чем только не научилась питаться Рыжая! За исключением супа, она ест всё: варенье, печенье, котлеты, рулеты, сосиски, салаты…
Биографию гениальной курицы хозяйка «по секрету» разболтала сама. Пять лет назад, воскресным летним днем, Анна Павловна поругалась со своим мужем. Они и сейчас каждое воскресенье спорят о том, кому идти на базар. Тот воскресный скандал, что был пять лет назад, окончился забавно — на базар хозяева отправились оба! Сначала он. Потом — она.
Не обнаружив во дворе мужа, Анна Павловна решила, что он удрал к соседям играть в козла.
На базаре каждый купил по цыпленку. Так уж принято в этом городке — по воскресеньям здесь едят жаренных цыплят.
Анна Павловна со зла и по жадности купила тощего рыжего. Хозяин, поскольку он не скуп и не злобен, купил отличного белого цыпленка.
Съели, конечно, белого. Рыжий был отпущен.
— Зарежу, когда станет помясистее, — решила Анна Павловна.
Но цыпленок рос и оставался тощим, потому что его не кормили.
В конце концов из тощего цыпленка выросла рыжая хитрая курица. Хитрость была в том, что, как только Рыжая выросла, сразу стала нести яйца — каждый день и даже в воскресные дни. Это ей и обеспечило вечную жизнь, но она не была от этого счастлива.
Куры не созданы для одиночества! Родственников у Рыжей поблизости не было. Она даже не знала, кто купил или, может быть, кто съел ее братьев и сестер.
Так она и осталась одинокой. А раз не о ком заботиться и некого любить — поневоле делаешься эгоистом! Вот почему у Рыжей нет других забот, кроме своего желудка.
Целыми днями она только и рыщет, только и смотрит: чего бы еще такого склевать?
Нехорошо, конечно, сравнивать человека с курицей, но Анна Павловна тоже изо дня в день только и думает об одном: а что бы такое вкусненькое съесть.
Это — фантазия. Любые совпадения случайны
История первая
Каждое лето мы с Анжеликой играли, как это называется у психотерапевтов и сексологов, в доктора. Началось это в 1981-м году. Мы лежали, отдыхая, на бугорке — так называли его хозяева. Ели абрикосы, и вообще все было здорово — вот сейчас бы так! Как-то сам собой разговор зашел вроде бы о сексе, да что там, о каком сексе, просто мне захотелось посмотреть, что там у Анжелы под платьем. У нее были потрясающие ноги — это в девять-то лет.
Девочка заинтересовалась: а как выглядит член? Он тут же, знаете ли, взбух. Я предложил ей расстегнуть ширинку моих шортиков и самой полюбоваться. Однако Анжелика не осмелилась. Тогда я предложил компромисс: она задирает подол сарафана, спускает трусики до колен, а я, расстегнув ширинку, вынимаю своего петушка. Коли тебе тут неудобно, рассудил я, спустимся в сад.
Мы спустились. Деревья здесь, казалось, были выше, чем наверху.
— Даваай, — сказал я.
Анжелика вздохнула и приподняла платье.
— А трусы? — грозно спросил я.
Вздохнув еще раз, девочка приспустила трусики.
Что я увидел! До чего ж это была сладкая писька! Какие маленькие, нежные, сладкие губочки! Уже тогда мне захотелось их поцеловать, но я до конца не распознал ситуации.
Анжелика натянула белые порточки обратно.
Я спустил шорты до колен. Член стоял колом. Снял трусы. Анжелика полюбовалась, на том в тот день все и закончилось.
История вторая
Надо сказать, что я был несколько переразвитым мальчонкой. Член у меня начил волосатиться — вы не поверите! — в пять лет, начали отрастать весьма длинные волосы, и к девяти годам (с Анжеликой мы были одногодки) был уже изрядно волосат, что Анжелику весьма интересовало. Дня три мы занимались своими детскими играми, купались, помогали хозяевам и матерям готовить ужин, в частности, нареза́ли помидоры, а вечером гуляли в саду… Вот первый облом: оказалось, женщина доступна не всегда. Чего она стыдилась-то? Ведь письку ее голую я уже видел.
Когда я захотел увидеть во второй раз — вот на тебе, измена.
Я, конечно, тогда не знал, что — как бы это помягче, блядь, сказать — баба потаскуха по натуре. Это врожденное. Об этом говорит мой личный опыт — опыт, в том числе и почерпнутый из общения с малолетними девочками. Завидую Кэрроллу. Тогда было можно.
Впрочем, и в восьмидесятые было еще можно. Истерик по этому поводу, по крайней мере, не было. Бровеносец что-то шамкал по телевизору, и никому не было до этого дела. А мы с Анжей продолжали изучать тела друг друга, хоть на второй раз она и стала валять дурочку.
Наконец она снова показала мне письку. Это было чудесно и волшебно.
На юге ночи темные, не то, что в Ленинграде.
Как-то мы вышли погулять.
— А я без трусов, — неожиданно сказала девочка.
Я посмотрел на нее. Тот же красно-оранжевый сарафан с желтой оторочкой, волосы, ласково щекочущие шею, серые босоножки… Очень красивая девочка. Не скажу, что был в нее влюблен, просто рассматривал как некоторый эталон совершенства. Конопушки, кругловатое лицо. Вроде бы не идеал. Однако в течение долгих лет ее образ как бы светился передо мной, будто окно в мир. Иной мир! Чернота стекла вовсе не означает тупик, чернота — бесконечность!
От мысли, что у нее под легким платьицем ничего нет, у меня моментально встал.
— Покажи, — прохрипел я. Это был хрип законченного мачо. Перспектива улицы с двухсотпядисятиватными ртутными фонарями возбудила меня дополнительно. Южная ночь (жаркая, но не душная), частные домишки, мошкара, скамейки в сквере. Холодный ртутный зеленый свет. И — голенькая девочка. Под платьицем ничего нет!
— А ты мне покажешь?
— Конечно! — чуть не заорал я и начал тут же, на улице, стал расстегивать штаны.
Анжа увлекла меня в скверик. Присела на качельки, нахмурила зачем-то губки, а затем решительно подняла платье до пупа.
Писька была голая! Маленькая безволосая манденка!
Мои шорты как-то сами собой упали, а вслед за ними и трусы, хоть и немного задержались на половом органе.
В тусклом ночном свете, могущем порадовать романтиков, я не мог толком рассмотреть губки Анжелики. Они были прекрасны! Маленькие, очень аккуратные. Тесно сомкнутые, они вроде говорили: туда — нельзя! Я тогда еще ничего не знал о непорочном девичьем анусе…
А знаете, Анжелика явно прикалывалась. Ее возбуждал не самый факт созерцания моего обнаженного стоящего члена, а факт другой: она сидит тут передо мной совершенно голая.
История третья
У хозяев была дочь восьми лет по имени Лена. Мне она тоже нравилась. Мать ее была натуральной гречанкой, причем дурой, а папаша вроде не пристегни рукав. Не очень-то долго думая, мы с Анжеликой раскрутили ее на нашу умеренно эротическую игру. Ленка не стала ломаться и трусы сдернула тут же. Вообще поражаюсь, чем я тогда занимался. Вместо того, чтобы научить девочек мастурбации, я ограничивался только проведением кончика по маленькому нежному клиторку. Ленка сопела: ей нравилось. Анжелика такого не позволяла. А вышло все поначалу так (я был вынужден взять инициативу в руки):
— Лена, — говорю как-то, — мы с Анжеликой давным-давно снимаем друг перед другом трусы. И не стесняемся. Хочешь с нами?
Я начал раздеваться, у Анжелики с этим вопросом было проще: она приспустила трусики под платьем, а потом его задрала. Ленка, не долго думая, тоже спустила шорты с трусами до колен и дала мне возможность разглядеть ее цветочек. Удивительно, но он был устроен немного иначе, чем писька моей подруги. Если у Анжелики губки как бы накладывались одна на другую, что выглядело чуть кривобоко, то у Ленки была полная, абсолютная симметрия. Вверху, где губоньки смыкались, у Анжи было нечто невразумительное (я поначалу и не понял, что́), а у Ленки была маленькая акуратная дырочка.
В общем, замечательная детская писенька. Она мне очень понравилась.
Тут Ленка устроила представление, которое я ни забуду никогда.
— Ты видел куриную?
Ленка раздвинула губы и широко расставила ноги. Анжелика тоже слегка распоясалась, выгнувшившись даже слегка вперед.
Сначала они вовсе не были детьми железной дороги. Они и не думали о поездах и рельсах, а если думали, то не иначе как о средстве попасть в контору Кука, на пантомиму, в зоосад или к мадам Тюссо* [1] Мадам Тюссо - здесь: музей восковых фигур мадам Тюссо в Лондоне. . Они были просто дети из пригорода. Они жили с папой и мамой на вилле: краснокирпичный фасад, цветные стекла на входной двери, коридор, который назывался у них холлом, ванная комната с горячей и холодной водой, электрические звонки, створчатые окна, обилие белого цвета и все то, что на языке чиновников, ведающих жилищными делами, зовется современными удобствами.
Их было трое. Старшая - Роберта. Разумеется, у мам не бывает в отношении детей явных предпочтений, но если бы таковые были, то самой-самой была бы Роберта. Следующим по старшинству шел Питер, страстно желавший стать инженером, когда вырастет. А самой младшей и самой послушной была Филлис.
Их мама не тратила времени впустую, не делала бестолковых визитов разным скучным дамам и не сидела в праздности, ожидая, когда эти дамы нанесут ответный визит. Почти всегда она была дома, готовая и поиграть с детьми, и почитать им книгу, и помочь в приготовлении уроков. А кроме того, она, пока дети учились в школе, писала рассказы, которые после чая прочитывались вслух. Еще она сочиняла забавные стишки к дням рождения и по другим значительным поводам, например, когда брали котенка и давали ему имя, или когда делали перестановку в кукольном доме, или когда дети выздоравливали после кори или свинки.
У этих троих было все, чего только можно пожелать: красивая одежда, всякие добротные вещи, очаровательная детская, заваленная игрушками и оклеенная обоями со сценками из жизни Матушки Гусыни* [2] Матушка Гусыня - персонаж английских и американских сказок. . Была у них и няня, веселая, добрая женщина, и преданный им всем в равной мере пес по кличке Джеймс. И папа у них был само совершенство - никогда не сердился, все решал по справедливости и всегда готов был с ними поиграть, а уж если не мог, то для этого была весомая причина, суть которой он излагал так интересно и забавно, что это само по себе было как игра.
Вы подумаете теперь, что, наверное, они были счастливы. Да, они, конечно, были счастливы, но только они не могли этого осознать до тех пор, пока не кончилась их уютная жизнь на красной вилле и пока не пришлось им всем начать вести совсем иную жизнь.
Ужасная перемена произошла совершенно неожиданно.
У Питера был день рождения - ему исполнилось десять лет. Среди прочих подарков была модель локомотива, самая совершенная из всех, какие можно было раздобыть в ту пору. Многие полученные им подарки были восхитительны, но все же ни один не мог сравниться с локомотивом.
Три дня брат и сестры наслаждались подарком. Но потом, из-за неопытности ли Питера, или потому что Филлис нажала где-то не там, локомотив неожиданно взорвался. Джеймс так перепугался, что убежал из дому и не возвращался до ночи. Разноцветные человечки в тендере* [3] Тендер - прицепная часть паровоза для хранения запасов воды, топлива. все разлетелись по углам, но в доме ничто не пострадало, кроме локомотива и чувств бедного подростка. Говорили, что он плакал над локомотивом, но, разумеется, десятилетние мальчики не плачут, какие бы ужасные трагедии не выпадали на их долю. А то, что у него были красные глаза, он объяснял тем, что поймал простуду. Это, к вящему удивлению самого Питера, оказалось правдой, и весь следующий день ему пришлось провести в постели. Мама с ужасом подумала, что, должно быть, он заболел корью, как вдруг мальчик сел в кровати и объявил:
- Терпеть не могу кашу! Ненавижу перловую жижу! Унесите хлеб с молоком! Я хочу встать и по-настоящему пообедать!
- Это как же, по-настоящему? - спросила мама.
- Хочу большой, жирный пирог! - нетерпеливо потребовал Питер.
Мама тут же наказала кухарке испечь большой, жирный пирог. Та замесила тесто, раскатала, сделала пирог и посадила его в печь. Когда пирог был готов, Питер его отведал. И после этого он быстро стал поправляться от своей простуды. А пока пирог пекся, мама, чтобы успокоить и развлечь Питера, написала несколько четверостиший. В начале рассказывалось о том, что Питер хороший мальчик, но ему частенько не везет, а дальше мама поведала печальную историю:
Единственное, что останавливало пенсионерку — судьба пожилого пса Барбоса. Тот всю жизнь прожил во дворе и уж точно не годился в комнатные собачки. Да и в обычную городскую «трешку», где уже ютятся четыре человека (Анна Ильинична была пятой), его не перевезешь.
В конечном итоге приглядеть за Барбосом на склоне его собачьих лет вызывался Борис Захарыч — один из друзей покойного мужа Анны Ильиничны. Жил он на другом конце поселка, так что решил забрать Барбоса к себе во двор — мол, пусть охраняет.
Пока Анна Ильинична вела Барбоса к его новому хозяину, пёс лишь удивленно осматривался: для него такая прогулка была настоящим приключением. А вот когда хозяйка оставила его у чужого дядьки, Барбос тут же залился лаем. Он не видел, как за калиткой Анна Ильинична сама вытирает слёзы платочком.
— Да не волнуйся ты так. Не предавал тебя никто. Жизнь так сложилась. Пошли, покажу тебе новый вольер, — трепал Барбоса по голове Борис Захарыч.
Барбос знал своего нового хозяина, но всё равно не мог поверить, что его просто так передали другому, будто вещь.
Неудивительно, что на следующее утро пса не оказалось во дворе. Борис Захарович вышел покормить его кашей, но так и не нашел. Пенсионер вздохнул, сел на крыльцо, немного подождал — и пошел искать Барбоса. Он с самого начала знал, куда убежал пёс.
Как и ожидалось, Барбос сидел у калитки своего прежнего дома. Он уже не гавкал: видимо, смирился с тем, что навстречу никто не выйдет. В доме не горел свет, хотя было еще темновато. Анна Ильинична уехала с сыном буквально через час после прощания с Барбосом. Только пёс этого не знал и продолжал вглядываться: а ну как сейчас откроется дверь?
— Нет, не вернется она. Уехала. Насовсем. А дом продавать будут, — тихо сказал Борис Захарыч, подходя к псу. Даже у этого пожилого и много повидавшего на своем веку мужчины в этот момент на глазах стояли слёзы.
Барбос пристально взглянул на старичка. Вряд ли он понял, о чём тот говорит. Только с тех пор не пытался сбежать от своего нового хозяина. А прежний его дом действительно продали буквально через два месяца…
Булька и кабан
Один раз на Кавказе мы пошли на охоту за кабанами, и Булька прибежал со мной. Только что гончие погнали, Булька бросился на их голос и скрылся в лесу. Это было в ноябре месяце: кабаны и свиньи тогда бывают очень жирные.
На Кавказе, в лесах, где живут кабаны, бывает много вкусных плодов: дикого винограду, шишек, яблок, груш, ежевики, желудей, терновнику. И когда все эти плоды поспеют и тронутся морозом, — кабаны отъедаются и жиреют.
В то время кабан так бывает жирён, что недолго может бегать под собаками. Когда его погоняют часа два, он забивается в чащу и останавливается. Тогда охотники бегут к тому месту, где он стоит, и стреляют. По лаю собак можно знать, стал ли кабан, или бежит. Если он бежит, то собаки лают с визгом, как будто их бьют; а если он стоит, то они лают, как на человека, и подвывают.
В эту охоту я долго бегал по лесу, но ни разу мне не удалось перебежать дорогу кабану. Наконец, я услыхал протяжный лай и вой гончих собак и побежал к тому месту. Уж я был близко от кабана. Мне уже слышен был треск по чаще. Это ворочался кабан с собаками. Но слышно было по лаю, что они не брали его, а только кружились около. Вдруг я услыхал — зашуршало что-то сзади и увидал Бульку. Он, видно, потерял гончих в лесу и спутался, а теперь слышал их лай и так же, как я, что было духу катился в ту сторону. Он бежал через полянку, по высокой траве, и мне от него видна только была его чёрная голова и закушенный язык в белых зубах. Я окликнул его, но он не оглянулся, обогнал меня и скрылся в чаще. Я побежал за ним, но чем дальше я шёл, тем лес становился чаще и чаще. Сучки сбивали с меня шапку, били по лицу, иглы терновника цеплялись за платье. Я уже был близок к лаю, но ничего не мог видеть.
Вдруг я услыхал, что собаки громче залаяли, что-то сильно затрещало, и кабан стал отдуваться и захрипел. Я так и думал, что теперь Булька добрался до него и возится с ним. Я из последних сил побежал чрез чащу к тому месту. В самой глухой чаще я увидал пёструю гончую собаку. Она лаяла и выла на одном месте, и в трёх шагах от неё возилось и чернело что-то.
Когда я подвинулся ближе, я рассмотрел кабана и услыхал, что Булька пронзительно завизжал. Кабан захрюкал и посунулся на гончую — гончая поджала хвост и отскочила. Мне стал виден бок кабана и его голова. Я прицелился в бок и выстрелил. Я видел, что попал. Кабан хрюкнул и затрещал прочь от меня по чаще. Собаки визжали, лаяли следом за ним, я по чаще ломился за ними. Вдруг, почти у себя под ногами, я увидал и услыхал что-то. Это был Булька. Он лежал на боку и визжал. Под ним была лужа крови. Я подумал: «Пропала собака»; но мне теперь не до него было, я ломился дальше. Скоро я увидал кабана. Собаки хватали его сзади, а он поворачивался то на ту, то на другую сторону. Когда кабан увидал меня, он сунулся ко мне. Я выстрелил другой раз, почти в упор, так что щетина загорелась на кабане, и кабан захрипел, зашатался и всей тушей тяжело хлопнулся наземь.
Когда я подошёл, кабан уже был мёртвый и только то там, то тут его пучило и подёргивало. Но собаки, ощетинившись, одни рвали его за брюхо и за ноги, а другие лакали кровь из раны.
Тут я вспомнил про Бульку и пошёл его искать. Он полз мне навстречу и стонал. Я подошёл к нему, присел и посмотрел его рану. У него был распорот живот, и целый комок кишок из живота волочился по сухим листьям. Когда товарищи подошли ко мне, мы вправили Бульке кишки и зашили ему живот. Пока зашивали живот и прокалывали кожу, он всё лизал мне руки.
Кабана привязали к хвосту лошади, чтоб вывезти из лесу, а Бульку положили на лошадь и так привезли его домой.
Булька проболел недель шесть и выздоровел.
Черепаха
Что случилось с Булькой в Пятигорске
Из станицы я поехал прямо в Россию, а сначала в Пятигорск, и там пробыл два месяца. Мильтона я подарил казаку-охотнику, а Бульку взял с собой в Пятигорск.
Пятигорск так называется оттого, что он стоит на горе Бештау. А «беш» по-татарски значит пять, «тау» — гора. Из этой горы течёт горячая серная вода. Вода эта горяча, как кипяток, и над местом, где идёт вода из горы, всегда стоит пар, как над самоваром. Всё место, где стоит город, очень весёлое. Из гор текут горячие родники, под горой течёт речка Подкумок. По горе — леса, кругом — поля, а вдалеке всегда видны большие Кавказские горы. На этих горах снег никогда не тает, и они всегда белые, как сахар. Одна большая гора Эльбрус, как сахарная белая голова, видна отовсюду, когда ясная погода. На горячие ключи приезжают лечиться; и над ключами сделаны беседки, навесы, кругом разбиты сады и дорожки. По утрам играет музыка, и народ пьёт воду или купается и гуляет.
Самый город стоит на горе, а под горой есть слобода. Я жил в этой слободе в маленьком домике. Домик стоял на дворе, и перед окнами был садик, а в саду стояли хозяйские пчёлы — не в колодах, как в России, а в круглых плетушках. Пчёлы там так смирны, что я всегда по утрам с Булькой сиживал в этом садике промежду ульев.
Булька ходил промежду ульев, удивлялся на пчёл, нюхал, слушал, как они гудят, но так осторожно ходил около них, что не мешал им, и они его не трогали.
Один раз утром я вернулся домой с вод и сел пить кофей в палисаднике. Булька стал чесать себе за ушами и греметь ошейником. Шум тревожил пчёл, и я снял с Бульки ошейник. Немного погодя я услыхал из города с горы странный и страшный шум. Собаки лаяли, выли, визжали, люди кричали, и шум этот спускался с горы и подходил всё ближе и ближе к нашей слободе. Булька перестал чесаться, уложил свою широкую голову с белыми зубами промеж передних белых лапок, уложил и язык, как ему надо было, и смирно лежал подле меня.
Когда он услыхал шум, он как будто понял, что это такое, насторожил уши, оскалил зубы, вскочил и начал рычать.
Шум приближался. Точно собаки со всего города выли, визжали и лаяли. Я вышел к воротам посмотреть, и хозяйка моего дома подошла тоже. Я спросил:
— Что это такое?
Она сказала:
— Это колодники из острога ходят — собак бьют. Развелось много собак, и городское начальство велело бить всех собак по городу.
— Как, и Бульку убьют, если попадётся?
— Нет, в ошейниках не велят бить.
В то самое время, как я говорил, колодники подошли уже к нашему двору.
Булька
У меня была мордашка… Её звали Булькой. Она была вся чёрная, только кончики передних лап были белые.
У всех мордашек нижняя челюсть длиннее верхней и верхние зубы заходят за нижние; но у Бульки нижняя челюсть так выдавалась вперёд, что палец можно было заложить между нижними и верхними зубами. Лицо у Бульки было широкое; глаза большие, чёрные и блестящие; и зубы и клыки белые всегда торчали наружу. Он был похож на арапа. Булька был смирный и не кусался, но он был очень силён и цепок. Когда он, бывало, уцепится за что-нибудь, то стиснет зубы и повиснет, как тряпка, и его, как клещука, нельзя никак оторвать.
Один раз его пускали на медведя, и он вцепился медведю в ухо и повис, как пиявка. Медведь бил его лапами, прижимал к себе, кидал из стороны в сторону, но не мог оторвать и повалился на голову, чтобы раздавить Бульку; но Булька до тех пор на нём держался, пока его не отлили холодной водой.
Я взял его щенком и сам выкормил. Когда я ехал служить на Кавказ, я не хотел брать его и ушёл от него потихоньку, а его велел запереть. На первой станции я хотел уже садиться на другую перекладную, как вдруг увидал, что по дороге катится что-то чёрное и блестящее. Это был Булька в своём медном ошейнике. Он летел во весь дух к станции. Он бросился ко мне, лизнул мою руку и растянулся в тени под телегой. Язык его высунулся на целую ладонь. Он то втягивал его назад, глотая слюни, то опять высовывал на целую ладонь. Он торопился, не поспевал дышать, бока его так и прыгали. Он поворачивался с боку на бок и постукивал хвостом о землю.
Я узнал потом, что он после меня пробил раму и выскочил из окна и прямо, по моему следу, поскакал по дороге и проскакал так вёрст двадцать в самый жар.
Булька и волк
Когда я уезжал с Кавказа, тогда ещё там была война, и ночью опасно было ездить без конвоя.
Я хотел выехать как можно раньше утром и для этого не ложился спать.
Мой приятель пришёл провожать меня, и мы сидели весь вечер и ночь на улице станицы перед моей хатой.
Была месячная ночь с туманом, и было так светло, что читать можно, хотя месяца и не видно было.
В середине ночи мы вдруг услыхали, что через улицу на дворе пищит поросёнок. Один из нас закричал:
— Это волк душит поросёнка!
Я побежал к себе в хату, схватил заряженное ружьё и выбежал на улицу. Все стояли у ворот того двора, где пищал поросёнок, и кричали мне:
— Сюда!
Мильтон бросился за мной, — верно, думал, что я на охоту иду с ружьём, — а Булька поднял свои короткие уши и метался из стороны в сторону, как будто спрашивал, в кого ему велят вцепиться.
Когда я подбежал к плетню, я увидал, что с той стороны двора, прямо ко мне, бежит зверь. Это был волк. Он подбежал к плетню и вскочил на него. Я отсторонился от него и приготовил ружьё. Как только волк соскочил с плетня на мою сторону, я приложился почти в упор и спустил курок; но ружьё сделало «чик» и не выстрелило. Волк не остановился и побежал через улицу. Мильтон и Булька пустились за ним. Мильтон был близко от волка, но, видно, боялся схватить его, а Булька, как ни торопился на своих коротких ногах, не мог поспеть. Мы бежали, что было силы, за волком, но и волк и собаки скрылись у нас из виду. Только у канавы, на углу станицы, мы услыхали подлаиванье, визг и видели сквозь месячный туман, что поднялась пыль, и что собаки возились с волком.
Когда мы прибежали к канаве, волка уже не было, и обе собаки вернулись к нам с поднятыми хвостами и рассерженными лицами. Булька рычал и толкал меня головой, — он, видно, хотел что-то рассказать, но не умел.
Мы осмотрели собак и нашли, что у Бульки на голове была маленькая рана. Он, видно, догнал волка перед канавой, но не успел захватить, и волк огрызнулся и убежал. Рана была небольшая, так что ничего опасного не было.
Мы вернулись назад к хате, сидели и разговаривали о том, что случилось. Я досадовал на то, что ружьё моё осеклось, и всё думал о том, как бы тут же на месте остался волк, если б оно выстрелило. Приятель мой удивлялся, как волк мог залезть на двор. Старый казак говорил, что тут нет ничего удивительного, что это был не волк, что это была ведьма и что она заколдовала моё ружьё. Так мы сидели и разговаривали. Вдруг собаки бросились, и мы увидали на средине улицы, перед нами, опять того же волка; но в этот раз он от нашего крика так скоро побежал, что собаки уже не догнали его.
Старый казак после этого уже совсем уверился, что это был не волк, а ведьма; а я подумал, что не бешеный ли это был волк, потому что я никогда не видывал и не слыхивал, чтобы волк, после того, как его прогнали, вернулся опять на народ.
На всякий случай я посыпал Бульке на рану пороху и зажёг его. Порох вспыхнул и выжег больное место.
Я выжег порохом рану затем, чтобы выжечь бешеную слюну, если она ещё не успела войти в кровь. Если же попала слюна и вошла уже в кровь, то я знал, что по крови она разойдётся по всему телу, и тогда уже нельзя вылечить.
Фазаны
На Кавказе диких кур зовут фазанами. Их так много, что они там дешевле домашней курицы. За фазанами охотятся с кобылкой, с подсаду и из-под собаки.
С кобылкой вот как охотятся: возьмут парусины, натянут на рамку, в середине рамки сделают перекладину, а в парусине сделают прорешку. Эта рамка с парусиной называется кобылкой. С этой кобылкой и с ружьём на заре выходят в лес. Кобылку несут перед собой и высматривают в прорешку фазанов. Фазаны по зорям кормятся на полянках; иногда целый выводок — наседка с цыплятами, иногда петух с курицей, иногда несколько петухов вместе.
Фазаны не видят человека и не боятся парусины и подпускают к себе близко. Тогда охотник ставит кобылку, высовывает ружьё в прореху и стреляет по выбору.
С подсаду охотятся вот как: пустят дворную собачонку в лес и ходят за ней. Когда собака найдёт фазана, она бросится за ним.
Фазан взлетит на дерево, и тогда собачонка начинает на него лаять. Охотник подходит на лай и стреляет фазана на дереве. Охота эта была бы легка, если бы фазан садился на дерево на чистом месте и сидел бы прямо на дереве — так, чтобы его бы видно было. Но фазаны всегда садятся на густые деревья, в чаще, и как завидят охотника, так прячутся в сучках. И бывает трудно пролезть в чаще к дереву, где сидит фазан, и трудно рассмотреть его. Когда собака одна лает на фазана, он не боится её, сидит на сучке и ещё петушится на неё и хлопает крыльями. Но как только он увидит человека, то сейчас же вытягивается по сучку, так что только привычный охотник различит его, а непривычный будет стоять подле и ничего не увидит.
Когда казаки подкрадываются к фазанам, то они надвигают шапку на своё лицо и не глядят вверх, потому что фазан боится человека с ружьём, а больше всего боится его глаз.
Из-под собаки охотятся вот как: берут легавую собаку и ходят за ней по лесу. Собака чутьём услышит, где на заре ходили и кормились фазаны, и станет разбирать их следы. И, сколько бы ни напутали фазаны, хорошая собака всегда найдёт последний след, выход с того места, где кормились. Чем дальше будет идти собака по следу, тем сильнее ей будет пахнуть, и так она дойдёт до того места, где днём сидит в траве или ходит фазан. Когда она подойдёт близко, тогда ей будет казаться, что фазан уж тут, прямо перед ней, и она всё будет идти осторожнее, чтобы не спугнуть его, и будет останавливаться, чтобы сразу прыгнуть и поймать его. Когда собака подойдёт совсем близко, тогда фазан вылетает, и охотник стреляет.
Читайте также:
- Сотрудники нгу подложили свинью своим студентам
- Фото ксолоитцкуинтли (51 фотографий)
- Крымчанка переехала в село, чтобы заботиться о бездомных животных
- Ужас в глубине — самые опасные медузы, которых лучше никогда не встречать
- Почему шиншилла кричит ночью: причины пищания во сне, пищит как резиновая игрушка или кричит, издавая звук кряканья, звуки самки в клетке